Сила крестьянина

18 апреля 2013 14:41 Комментарии выключены

Расположенная иначе, чем Петербург, — внутри страны, поглощающая жизненные соки, перерабатывающая и концентрирующая их, по-другому и построенная — как ядро, открытое во все стороны, способная развиваться и не скованная классицистическим планом в виде шахматной доски, она представляла собой центр капиталистического бума, даже если крупнейшие промышленные комплексы вроде верфей, Путиловского и Обуховского заводов находились в Петербурге. Буржуазия с национальным лицом собирается там, где достаточно места, где непосредственно видна связь с национальной историей и организмом народа, где сама эта буржуазия еще носит знаки своего происхождения. Рябу- шинские, Коноваловы, Третьяковы, Морозовы, Мамонтовы, Четвериковы стали промышленными магнатами только на рубеже XIX—XX вв., во втором или третьем поколениях, они трудом пробили себе дорогу из крестьянского бытия, и крепостное состояние в некоторых случаях было для них не таким уж далеким прошлым. Сила крестьянина, «самого себя сделавшего», с самого начала имела привкус конца буржуазного мира. Мамонтов, Рябушинский и другие — хозяева города, хотя власть еще не в их руках. Они приобщились к культуре дворянства и понимают, что оно обречено — хотя бы потому, что непродуктивно «проедает» свои земельные владения. Их время пришло в тот момент, когда оно уже истекало. Сфера их жизни — узкий участок между аристократаческой усадьбой и предприятиями, вырастающими, как грибы после дождя.

Comments are closed