Растерзанная книжечка

21 февраля 2013 15:33 Комментарии выключены

 Казимир Эдшмид, ван Ходдис, Жан Кокто, целая команда дадаистов, Шоу, Освальд Шпенглер — всё под одной обложкой, изображающей, как мир рассыпается на части (кубы, прямоугольники, углы на коричневом картоне). Конечно, представлены и фавориты западного критического реализма — Теодор Драйзер, Джон Дос-Пассос, Эптон Синклер, Франц Мазерель, Кэте Кольвиц, «История жизни мятежника» Артура Холичера.

Бумага часто скверная, но на ней напечатаны книги, еще являющиеся книгами, которые хочется взять в руки, их страницы помнят давление типографского клише, они шероховаты, буквы образуют рельеф, словно шрифт для слепых. Это отличает их от многих сегодняшних изделий, где слово, напечатанное на гладкой желтоватой деревянистой бумаге часто трудно воспринять глазом. (Какое удивление и восхищение вызывают у моих русских друзей, например, «издания на тонкой бумаге» издательства «Инзель» — чудо из мира книги, которого здесь, кажется, больше нет!)

Под конец мне в руки попадает сокровище. Перелистывая картотеки, стоящие на столах, я нахожу первый номер «Парфенона» — томика со статьями буржуазных интеллигентов, поверивших в 1922 г., в начале нэпа, что время, за которое они боролись, все же наступит. Растерзанная книжечка, на обложке змея (интересно, какая?). Е. Браудо пишет здесь о кризисе музыки в России и на Западе; А. С. Изгоев — настойчиво и без обиняков, как и прежде, — о задачах интеллигенции; публикуется рецензия на «Закат Европы» Освальда Шпенглера.

Comments are closed