Французская революция

21 февраля 2013 7:02 Комментарии выключены

То же самое, по-видимому, случилось и на букинистическом рынке. Иначе не объяснишь то, что можно увидеть в Москве. Новое время начинается с новых книжных обложек. Например, с концентрических прямоугольников, черных на белом фоне, как на маленьком томике О. Молчановой, посвященном гравюрам Соболева на дереве. Обложка книги Бориса Пильняка «О’кэй» представляет вид на ущелья нью-йоркских небоскребов. В это время разлетаются золотые рамки, снимаются косички и гирлянды, и на их место приходят чистая белая плоскость, простой картон. Чувствуется воздействие первопроходческих работ Эль Лисицкого. Вот оформление поэмы Маяковского «Во весь голос»: уплотнение «упаковки» — слова, обобщение для читателя, выжимка для того, кто хочет читать. Плакат. Но это не всё: свободный орнамент в стиле модерн также свидетельствует о глубоком переломе, хотя 1917 год еще не наступил. (Есть и нечто тяжелосладковатое, как на обложке к «Кроваво-красному» Мережковского, Гиппиус и Философова.) Скупость оформления томиков Ахматовой, Блока, Багрицкого — не просто следствие нехватки бумаги, это выражение особой программы, доверия к силе слова, которому нет нужды льстить глазу покупателя вычурными завитушками.

Кого и чего тут только нет: интересны не только авторы, но и издательства — «Петрополис», «Алконост» («Королева и рыцарь» Белого, изданная в Петербурге — старое название упорно сохраняется даже в 1919 г.), берлинские русские издательства. Можно добыть такие вещи, о которых не смел и думать.

Comments are closed