Высокие инстанции

5 августа 2013 21:38 Комментарии выключены

 Пришлось обращаться в высокие инстанции. Даже на возвращение мольбертов и шести скрипок, принадлежавших монастырю, пришлось испрашивать особого дозволения у новых хозяев. В монастырь теперь входили через часовню св. Иоанна Предтечи (как и в наши дни), а вход через Святые врата, располагавшиеся между двумя колокольнями, предназначался для обитателей концентрационного (в бумагах написано «контрационного» – видимо, от слова «контра») лагеря 77.

В апреле 1921 года на заседании коллегии ВЧК под председательством Г.Г. Ягоды (тогда еще управделами ВЧК) было решено передать все лагеря особого назначения, находившиеся в Москве, губернскому отделу принудительных работ. В распоряжении Центра были оставлены лишь три концлагеря: Ивановский, Анрониковский и Кожуховский (бывший Николо-Перервинский монастырь на окраине тогдашней Москвы). Вслед за этим постановлением последовало другое, также подписанное Ягодой. Всем комендантам тюрем города Москвы и комендантам ВЧК и МЧК была разослана секретная телефонограмма, в которой говорилось: «Приказываю представителей Политического Красного Креста к политическим заключенным, числящимся за ВЧК и МЧК, не допускать». У заключенных, арестованных по политическим причинам, не осталось ни малейшей надежды на защиту от неправого суда и на восстановление справедливости. В мае 1921 года инспектором административного надзора после осмотра «бывшего Ивановского монастыря» была составлена докладная записка.

Comments are closed